О посте

Пост—это божественная благодать (Быт.2,16-17) и поэтому непреложен. Согласно Василию Великому, «он современен человечеству, пост узаконен в раю» (Беседа 1. О посте). Это великий духовный подвиг и высшее выражение аскетического идеала Православия. Неуклонно следуя соборным правилам и всему святоотеческому преданию, Церковь всегда проповедовала высшее достоинство поста для духовной жизни человека и его спасения. В богослужебном круге лета Господня выражается учение о посте через постоянное и неослабное бодрствование человека и усердствование в духовных подвигах. Поэтому пост и воспевается как Божественный дар, как благодать многосветлая, как оружие непреоборимое, как духовных подвигов начало, как пища душевная, как источник любомудрия всякого, как нетленного образа и равноангельного жития подражание.

Пост, как древнейшее установление, встречается еще в Ветхом Завете (Втор.9,18; Иоил.2,15; Иона 3,5-7). Сам Господь постился сорок дней перед началом Своего общественного служения (Мф.4,2) и преподал указания о способе ведения поста (Мф.6,16-18). В Новом Завете он рекомендуется вообще как средство воздержания, покаяния и духовного восхождения; пост соблюдал не только Сам Господь, но также Иоанн Предтеча и апостолы (Мк.1,6; Деян.13,2; 14,23). Церковь, начиная с апостольских времен, проповедовала высшее значение поста и установила среду и пятницу как дни постные (Дидахи 8,1), а также пост перед Пасхой (Ириней Лионский, у Евсевия в Церк. Ист.5,24). Существующее разнообразие в отношении продолжительности и содержания этих постов (Дионисий Александрийский. Послание к Василиду. ГП. 10,1278) указывает на их духовный характер. Пост призваны соблюдать все, каждый по своей силе и возможности, не допуская, однако, пренебрежительного отношения к этому священному установлению: «Смотри, чтобы кто-нибудь не совратил тебя с этого пути учения... Ибо если ты можешь снести иго Господне в целости, то будешь совершен; если же нет, делай то, что можешь. Что же касается пищи, понеси, что можешь» (Дидахи 6,1-3).

Истинный пост, как высший духовный подвиг, следует из всего аскетического идеала Православия и неразрывно связан с непрестанной молитвой и искренним покаянием. «Покаяние без поста не полно» (Василий Великий. О посте), но и пост мертв без благотворительности, особенно в современную эпоху, когда неодинаковое и несправедливое распределение благ лишает целые народы хлеба насущного. «Постящеся, братие, телесне, постимся и духовне: разрешим всякий союз неправды, расторгнем стро-потная нуждных изменений. Всякое списание неправедное раздерем, дадим алчущим хлеб, и нищия без-кровныя введем в домы...» (Стихира самогласна в среду 1-й седмицы Великого поста). Пост не исчерпывается формальным воздержанием от некоторых видов пищи: «Для похвального поста не достаточно одного воздержания от яств; но будем поститься постом приятным, благоугодным Богу. Истинный пост—удаление от зла, воздержание языка, подавление в себе гнева, отлучение похотей, злословия, лжи, клятвопреступления. Воздержание от сего есть истинный пост. В этом пост—прекрасное дело» (Василий Великий. Беседа 2. О посте). Воздержание во время поста от некоторых видов пищи и довольствование малым не только по качеству, но и по количеству принимаемой пищи составляет важный элемент духовного подвига. «Воздержание от пищи указывает на смысл поста, пища же не делает нас совершенно ни праведными, ни неправедными. В таинственном же смысле указывает, что как для тех, кто принимает пищу, результатом является жизнь, а невкушение— это символ смерти, так и нам, мирским, поститься подобает, да мирови умрем, и затем, пищи Божественной приобщившись, Богови жити» (Климент Александрийский. Эклоги. ГП.9,704-705). Таким образом, истинный пост касается всей во Христе жизни верующих, особенно участия их в богослужении, а главное—в Таинстве Божественной Евхаристии.

Сорокадневный пост Господа стал примером для верующих, побуждая их к послушанию, дабы, благодаря ему, «мы совлеклись того, что не соблюли, и насладились тем, что соблюли» (Григорий Богослов. Слово 45, на Святую Пасху). Замечательное христианское толкование духовного характера поста, в частности Четыредесятницы, дано святым Григорием Паламой: «Если так будешь поститься, то будешь не только состраждущим и соумирающим, но и совоск-ресающим и соцарствующим Христу во веки бесконечные, ибо сроднившись таковым постом подобию смерти Его, и причастником воскресения будешь и иже в Нем живота наследником» (Слово 13, на пятую Неделю поста. ГП. 151,161).

По православному преданию, нет предела духовному росту, и каждый должен возрастать соответственно своим силам. Именно поэтому аскеза и духовный подвиг не имеют меры, как и совершенствование совершенных. Немногие следуют предписаниям этого высокого православного идеала настолько, чтобы быть чтимыми еще при жизни. Но и они, несмотря на то что делают всеповеленное, никогда не высокомудрствуют, а исповедуют, «мы ничего не стоящие, потому что сделали, что должны были сделать» (Лк. 17,10). Все остальные не должны оставлять подвига поста, а в самоуничижении, смирении и сознании недостаточности своего состояния предаваться за свои опущения на милость Божию.

Православная Церковь, как заботливая мать, определила все, что полезно для спасения, и установила священные периоды поста как Богодарованную «сокровищницу» новой во Христе жизни верующих. Следуя Божественным установлениям Священного Писания, соборным правилам и Священным Преданиям, она указывает на посты как на прекрасное в подвиге поприще духовного совершенства и спасения верующих и проповедует необходимость соблюдения постов лета Господня, т.е. Великой Четыредесятни-цы, среды и пятницы, постов Рождественского, Святых Апостолов, Успенского и однодневных—Воздвижения Честнаго Креста, кануна Богоявления и Усекновения Главы Иоанна Предтечи, а также всех постов, устанавливаемых согласно пастырскому попечению или соблюдаемых по произволению верующих.

Церковь, определив полезное для спасения человека в священные периоды поста, оставила вместе с тем на пастырское усмотрение границы человеколюбивой икономии его устава. Так, предусмотрено применение принципа церковной икономии и разрешение или ослабление поста по немощи плоти или крайней необходимости, согласно ответственному суду и пастырскому попечению.

Действительно, сегодня многие верующие не соблюдают всех установлений о посте или по малодушию, или вследствие существующих условий жизни. Однако все эти случаи ослабления, общие и индивидуальные, должны встречать внимательную материнскую заботу со стороны Церкви, которая «не хочет смерти грешника, но еже обратитися и живу быти ему». Поэтому для испытывающих затруднение в соблюдении действующих установлений о посте по причинам индивидуальным (болезнь, армия, характер работы и т.п.) или общим (особые климатические условия некоторых стран, невозможность отыскать постную пищу, социальные условия) предлагается на духовное усмотрение Церкви определять меру человеколюбивой икономии и ослаблять в необходимых случаях «строгость» святых постов. Но все это в рамках вышеупомянутого и так, чтобы никоим образом не нарушить священный устав поста. Это послабление Церковь может осуществлять со всякой жалостью и снисхождением особенно для тех постов, которые не имеют единообразного предания и практики. «Хорошо поститься на всякий день, но не ядый ядущаго да не осуждает. В них не законополагать, не торопиться, не заставлять подобает вверенное стадо, а действовать убеждением и кротостью и словом, солью приправленным...» (Иоанн Дамаскин. О святых постах, 7).

Необходимо также приучать полноту Церкви, клир и верующих поститься и в особых обстоятельствах жизни: в знак покаяния, во исполнение духовного обета, для достижения какой-то духовной цели, во время искушения, в сочетании с просьбой к Богу, при стихийных бедствиях, перед Крещением (для взрослых, приступающих ко Крещению), в случае епитимии, перед хиротонией, перед Божественным Причастием и т.п.
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить


Монастыри и храмы Киева bigmir)net TOP 100 Rambler's Top100 Mail.ru